Многие молодые люди в России не знают, что такое сегрегация. Для людей старше 60 лет это слово ассоциируется с южными штатами США до 1970-х годов и с ЮАР, где притесняли негров.
Чтобы продолжить тему, необходимо дать определение этому слову. СЕГРЕГАЦИЯ (от лат. segregatio — отделение, англ. – segregation; нем. Segregation, Trennung) — это социальная изоляция, ограничение или лишение права социальных групп (общностей, категорий граждан), народов.
Возникает вопрос: существует ли сегрегация бедных в современной буржуазной России?
Для начала определимся, а кто же такие бедные? Сейчас не принято назвать себя или другого человека бедным. Это считается оскорбительным. Сегодня редко услышишь слова «бедняк», «богач», «бедный», «богатый». Считается, что они устаревшие. В общественное сознание буржуазными пропагандистами активно внедряются такие слова и словосочетания, как «средний класс», «прожиточный минимум». В средний класс пытаются впихнуть всех, у кого доходы хоть чуть-чуть превышают прожиточный минимум. А слово нищета у чиновников совсем под запретом.
24.02.2026 года на сайте ИА «Накануне.ру» вышла статья под названием «На социальном дне. Нищета в России нарастает и все больше перетекает в города», в которой подробно описываются критерии бедности и «ниже прожиточного минимума». Один из выводов статьи: «представители ближайшей периферии бедности стали почти неотличимы от нищих». Второй – «бедность и нищета повысили свой образовательный статус», «образование стало защищать от бедности и нищеты все меньше».
О том, что такое прожиточный минимум, знают все. Любой, не задумываясь, скажет «прожиточный минимум означает, чтобы с голоду не умереть». Однако человеку необходимы материальные блага не только для поддержания жизни в организме, но и для собственного физического, нравственно-духовного, интеллектуального развития и для такого же развития своих детей. Каждому нужны материальные средства на жилье, отдух, досуг, образование, медицину, питание, одежду и даже на похороны близких. Специалисты Фонда рабочей академии подсчитали, что на начало 2026 года семье из 5 человек необходимо в месяц иметь доход около 550 00 рублей (https://frafond.ru/stoimost-rabochej-sily-v-moskve/publitsistika/). Большинство жителей России не имеет таких доходов. Относительно недавно (справедливости ради – до СВО) Путин отнес к «среднему» классу тех, кто зарабатывает 22 000 рублей в месяц. Поэтому даже если вы не считаете себя бедным на том основании, что зарабатывает в месяц 70 000 или даже 120 000 рублей, то прочитайте статью «Стоимость рабочей силы в Москве». «Ну, это же Москва,» — кто-то скажет. Стоимость рабочей силы в России примерно одинакова с разницей в 10-30 тысяч.
Итак, вернемся к вопросу: есть ли в России сегрегация по признаку «бедность»?
Сегрегация в России проявляется в пространственном отделении бедных слоев от более обеспеченных групп и в их концентрации в определенных локациях. Это ограничивает их доступ к качественным услугам, социальным лифтам и формирует замкнутый круг неблагополучия.
Вот основные проявления этой сегрегации:
- Территориальная (пространственная) сегрегация. Суть явления заключается в разделении на «успешные» мегаполисы (прежде всего Москва и Санкт-Петербург) и «депрессивную» провинцию. Происходит концентрация ресурсов и инвестиций в крупных городах в ущерб малым. Жители глубинки становятся «людьми второго сорта», вынужденными либо прозябать в нищете, либо уезжать «в погоне за счастьем». Последствия такой миграции – отток населения из глубинки, ее дальнейшая деградация, перенаселение крупных городов, неравномерное распределение населения по стране. В европейской части России проживало на момент 2025 года 27 человек на кв.км., а азиатской (2/3 территории РФ) – 2,3 человека, в ДФО – 1 человек на ту же единицу площади.
- Экономическая сегрегация (доходное неравенство). Суть явления в разрыве в доходах между богатыми и бедными, который эксперты называют «зашкаливающим». Разрыв в доходах (дивергенция) между самими богатыми и самыми бедными в нашей стране составляет 130 – 150 %. Доход в Москве значительно выше, чем в регионах. Последствия заключаются в формировании изолированных бедных сообществ, поляризации общества и социальной напряженности.
- Социально-психологическая сегрегация. Суть явления: происходит разделение на «своих» и «чужих» по материальному признаку. Возникает враждебность бедных к богатым и презрительное отношение богатых к бедным. Одновременно у богатых возникает страх перед бедными. Историю они знают хорошо. Последнее время этот страх у них носит панический характер. Они не жалеют на антибольшевистскую и антикоммунистическую пропаганду жертвовать свои миллионы, спонсируя телеканал «Спас», сайт «Православие.ру» и отдельных личностей вроде Никиты Михалкова, который рассказывает бабушкам и дедушкам о том, что зависть самый страшный грех. Последствия этого вида сегрегации проявляются в разрушении эмпатии, чужая беда перестает быть заметной на фоне собственной неприязни, количество случаев скулшутинга увеличивается с каждым годом.
- Институциональная сегрегация (доступ к услугам). Суть явления: качество жизни и доход человека сильно зависят от места проживания, неравномерное развитие инфраструктуры (в бедных районах хуже дороги, больницы, школы и даже базовые удобства (проблемы с отоплением и качественной водопроводной водой, ветхость и аварийность жилья)). Последствия: закрепление неравенства. Дети из бедных регионов не могут получить качественное образование, чтобы претендовать на высокооплачиваемую работу.
Наиболее ярко сегрегация проявляется в Москве, где концентрация богатых больше. Доступ к качественной среде, инфраструктуре и безопасности превращается в привилегию, закрепленную местом проживания и деньгами. Это не просто деление на «богатые» и «бедные» кварталы, а формирование параллельных миров.
Обладатели элитного жилья в Москве в Хамовниках,
Пресненском, Якиманке, Замоскворечье, Раменках стремятся к максимальной изоляции от окружающей среды, используя тактику «заборов и КПП». Практически любой новый жилой комплекс бизнес- или премиум-класса, построенный в любом районе, обносится забором. Это создает закрытые территории, куда доступ «посторонним» запрещен. Буржуазия анклавами богатства хочет «отгородиться от социальной заразы», обозначив зону с особыми правами для жильцов. Для поддержания подобного статуса нужны доходы в десятки миллионов рублей в год.
Жители такого комплекса пользуются своей инфраструктурой (фитнесом, детской площадкой внутри двора) и практически не контактируют с жителями соседних «панелек». Это усиливает фрагментацию города, создавая вместо единого района два изолированных социальных мирка.
Сегрегация в образовании. Элитный статус района подкрепляется возможностью получить элитное образование. Престижные районы (например, связанные с ВУЗами, такие как гагаринский район или Раменки) исторически обладают лучшей социальной инфраструктурой, включая школы. Это наследие советского прошлого, когда рядом с институтами селилась профессура, закрепляет преимущество за жителями этих локаций. Ситуация усугубляется новыми правилами приема в старшие классы. Школы получили право самостоятельно проводить отбор учеников в 10-е классы. Это создает риск превращения старшей школы в «элитарный клуб», куда сложнее попасть детям из районов с менее качественным «стартовым» образованием или без возможности оплатить репетиторов для поступления.
Качество жизни и услуг напрямую зависит от статуса района. Бизнес-инфраструктура для «своих»: развитие «бизнес-территорий» и продуманное благоустройство все чаще становятся привилегией дорогих районов и жилых комплексов. Одновременно в менее благополучных районах (например, в Бирюлево) жители сталкиваются с нехваткой кинотеатров, библиотек и мест для досуга.
На другом полюсе находятся районы, которые называют аналогами «Гарлема» — например, на Юго-Востоке Москвы (Капотня, Люблино, Текстильщики). Здесь концентрируются потоки мигрантов, дешевое жилье, промзоны и наблюдается высокий уровень социального неблагополучия. Инфраструктура здесь развита гораздо хуже, а транспортная доступность — перегружена.
Сегрегация в Москве, Ленинграде и иных городах — это когда почтовый адрес (или рождение ребенка в богатой семье) фактически определяет качество образования, уровень безопасности, доступность благоустроенных парков и даже то, на каком расстоянии от дома находится приличная больница. Жители дорогих районов оказываются в системе с лучшим финансированием, сервисом и вниманием властей, в то время как жители «депрессивных» окраин вынуждены довольствоваться остаточным принципом.
Таким образом, сегрегация в России запирает прежде всего рабочих и членов их семей в неблагополучной среде, лишая их шансов на улучшение жизни и усиливая раскол в обществе.
Передовые рабочие России не просто осознают несправедливость устройства современного общества, но и необходимость организации. Для этого они создали Совет рабочих Ленинграда, Российский Совет Рабочих, через которые при должной массовости можно, например, бороться за всеобщее снижение цен. Они активно действуют в профсоюзах, через которые можно бороться за увеличение реального содержания заработной платы минимум до стоимости рабочей силы. Также у них есть своя партия – Рабочая партия России, через которую рабочие могут ставить уже политические цели. И такие цели поставлены. Почитайте программу РПР. https://www.r-p-w.ru/programma.html
Романов Евгений, Кемерово, РПР, март 2026 года
